Home

Текущее: мои 10 пунктов.

  • Jul. 8th, 2009 at 9:44 PM
Ктулху
1. На пересечении Большой Лубянки и Сретенского бульвара открылась новая «Кружка» - это такая расово верная сеть пивных ресторанов, кто знает, тот обрадуется. Ибо ваистену.
2. Когда я хоть в малейшей степени опьянен (это нельзя назвать «пьяный»), меня пробивает на творчество нет, на то, что достойно имени творчества меня пробивает исключительно тогда, когда я нахожусь в том трезвом опьянении, о котором писал Плотин абсолютно трезв, в степени опьянения меня пробивает на продуцирование антинаучной чуши чего-либо. Обычно чего-либо символического. Обычно исключительно мысленно. Это не мышление, это продуцирование - ну, скажем, представлений, лучше сказать образов, но слово "образ" задействовано мной в другом контексте не тех образов, которые есть целостный гештальт мыслительной конструкции.
3. Район станции метро «Войковская». В свое время Серега Астахов выдал гениальную фразу, я ее не забуду даже после смерти: «Я с теми, кто на Войковской был, не разговариваю. Я там был, я теперь сам с собой не разговариваю». Так вот сегодня там был я. Пьяный. Не, нормальный. Но я не понял, в чем прикол. Обычный район совершенно. Типичная спальная Москау. Объясните идиоту, в чем особенность этого района? Там зарыт «Некрономикон», в канализации живет Ктулху, в детских песочницах – свирепые зомбаки, а в подъездах гопники недобитые чекисты?
4. Что отличает драку киношную (и не только т.н. боевую хореографию) от драки реальной (и даже от пресловутого рестлинга) – так это ритм. Присутствие его у первой и отсутствие у второй. Ритм – это объективное пространство слаженности, Третий, метаизмерение.
5. Замечательно ходить по городу под ритм. Наш сраный славный Нерезиновск адекватно воспринимается только в определенном ритме.
6. Похоже, моей любимой музыкальной группой становится Rammstein. И это хорошо. Так, глядишь, и до Ника этого вашего Кейва дорасту.
7. Итак, что такое ритм? Read more... )

Неравномерность.

  • Jul. 7th, 2009 at 2:47 PM
тень
Вчера невысокая степень опьянения проявилась в том, что я написал то, что обычно себе не позволяю – непродуманный наезд. Написан он был в максимально абстрактной и сложной форме – это моя самоцензура работала, но все равно писать такое – как на заборе слово из трех букв. Иногда очень хочется, но это бессмысленно и нехорошо. Надо обосновывать.
Я писал уже о том, почему я занялся постмодерном, но я не писал о том, что меня не устраивает в постмодерне, хотя это не столько постмодерн, сколько социалистически-коммунистические счастливые ребята. Сейчас я попробую наметить несколько психологических опорных точек – опорных как для дальнейших рассуждений, так и для, так сказать, практики.
Вот я читал Нанси в деревне. И меня, так же как в археологической экспедиции, когда я читал Бадью, поражала сильная (абсолютная?) несовместимость этого дискурса с данной мне в ощущениях объективной реальностью. В чем причина?
Вот Нанси критикует Хайдеггера. Дескать, введение das Man обозначает претензию на позицию вне «людей», на прорыв из повседневности и множественности – такой прорыв, который единым жестом очерчивает исключительность прорвавшегося (его Я) и безликую всеобщность всех остальных, оставшихся в своем неполноценном, искаженном сущем. Короче и проще говоря, Нанси задает Хайдеггеру быдловопрос – да кто ты такой, что позволяешь себе отнести нас всех (das Man) и нашу повседневность, наши радости и горести к чему-то нижестоящему? Ты кто такой, паря? Ведь от такой позиции всего лишь шаг до тоталитарной (фашистской) картины безликой массы индивидов и облеченного всей полнотой суверенности фюрера, определяющего смысл и истину этой массы. Read more... )
тень
И так как все мои вопросы остаются без ответа,
Две мечты имею: космос и сто первый километр.
В космос явно не забраться, для него не вышел рожей,
Так что двину-ка я, братцы, к светлым далям Подпорожья.
Там в реке играет лещ, а в избе - баян,
Голь гуляет по земле перекатная,
Ни банкира, ни качка - делить нечего,
Постирушка с утречка, а драка к вечеру,
Драка к вечеру.
А. Розенбаум

Но мне помешали отдаться потоку. Чуть только я забылся, кто-то ударил меня хвостом по спине. Я вздрогнул и обернулся: передо мною был некто без ног, без хвоста и без головы.
- Ты кто? - спросил я его в изумлении.
- Угадай, кто! - и он рассмеялся, по-людоедски рассмеялся...
- Вот еще! Буду я угадывать!..
Я обиженно отвернулся от него, чтобы снова забыться. Но тут меня кто-то с разгона трахнул головой по спине. Я опять обернулся: передо мною был все тот же некто без ног, без хвоста и без головы.
- Ты зачем меня бьешь? - спросил я его.
- А ты угадай, зачем!.. - ответил тот, все с тем же людоедским смехом.
В. Ерофеев, «Москва – Петушки», глава «105-й километр – Покров»


… Мы жгли журналы, старые, советские, тронутые черными нитями гнили, разраставшимися с амбициями монстров фильмов ужасов, сырые, так что сквозь лист просвечивал текст с предыдущей страницы. Там был в основном «Новый мир», немножко «Знание – сила», «Юный техник», «Наука и техника», «Радио» (мой папа в юности увлекался техникой вообще и радиотехн6икой в частности), искорками – «Знамя», «Роман-газета», «Юность», «Звезда», «Наш современник» и даже конспекты работ Людвига Фейербаха и Фридриха Энгельса. Языки огня неохотно лизали отсыревшую бумагу, они были не в силах победить целый мир сырости, этот мир был заодно – дождь угрожающе пролистывался в воздухе, низкое черное небо нависало над пустой деревне, в неисчислимый раз подтверждая истину Экклезиаста. Но строчки, слова, черные точечки на белой бумаге, столь смешные перед великим безразличием мира, все-таки были сильнее его и неизбежно, в своей неоспоримой широте, его конституировали…
Да, я приехал. Был я всего-навсего на даче, хотя, видимо, предыдущий пост получился интригующим. Нет, никаких сфинксов, просто отец собирается (уже который год, ага) строить дом и поэтому вызвал меня с грифом «срочно». Дом мы не построили, даже не начали, и не надейтесь, но не в этом суть. Read more... )

Уезжаю

  • Jun. 22nd, 2009 at 11:45 PM
тень
Ну вот, стоило только отмобилизоваться и быть зачисленным в славные ряды боевых блоггеров на сегоднящнем фэповском междусобойчике, пройдя огневую подготовку и получив по ее итогам значок и "Экспертный сухой паек" с наклейкой-штампом "Упаковано Вячеславом Даниловым", как я вынужден позорно дезертировать отправиться в командировку в глубокий тыл со сверхсекретным заданием. Поэтому у меня сейчас нет времени даже само мероприятие описать, впрочем, блоггеров там было достаточно, за этим дело не станет, не говоря уже про все остальные события и мысли последних дней.
На сколько я уезжаю - не знаю совершенно, это зависит от конкретной обстановки на местах - возможно, вернусь послезавтра (хотя вряд ли), возможно, через месяц. Буду доступен по мобилке.

Соратнеги, держите оборону! Переходите в наступление! Враг будет разбит! Победа будет за нами! Уррраааа!

P.S. Нет, я не в Суздаль и не в Боровск.
Ктулху
Но все, перехожу к Богу.
Только с третьего захода я добрался до главной темы. Такой вот у меня сегодня сериал.
Большинство моих знакомых верующих (а их много, да, но большинство в церковь не ходят, некоторые считают, что у них был мистический опыт) видят в мире красоту и гармонию как проявление чего-то высшего и прекрасного и подходят к Богу в основном через понятие любви. В общем это и можно назвать "розовое христианство". Я его уважаю (я все уважаю), хотя больше мне нравится дионисийское, страдальческое, на разрыв - это не только Достоевский, это даже ницшеанского толка фигуры а-ля Шестов, в порыве которых прочь и ввысь куда больше гордого самоутверждающегося самосознания....
Так вот, если бы я верил в Бога, то я верил бы в него как в абсолютную гарантию оправдания твоего Я. В то, что по ту сторону всех земных взлетов и падений сможет подтвердить, что ты был. Т.е. был кем-то. Это некий Другой, который не должен существовать объективно - иначе лишается смысла любая деятельность - но который должен давать надежду, что все, что ты делал и что не делал - было и в этом смысле оправдано. Read more... )
Ктулху
Заседание продолжается.
В прошлый раз я сформулировал (довольно криво, на ходу - сначала пишу, потом думаю, так что сильно не ругайтесь) некоторый жесткий релятивизм. Из него есть два следствия.
Во-первых, невозможность привилегированной позиции. Т.е. если нет объективной реальности, а есть только образы мыслей и действий, то не может быть ничего "правильного". У всех не просто свои средства, у всех разные цели и ценности. Тут много можно сказать, но я вынужден тезисно.
Во-вторых, это некий тотальный солипсизм. И дело даже не в чем-то таком типа "все дозволено", а в том, что всякий солипсизм сталкивается с проблемой самоприменимости. Все, что я сейчас сказал - лично мои представления. Я их принимаю, потому что преследую некие цели, в конце концов, как мне кажется, сводящиеся в определенному духовному комфорту. Но я должен вопринимать эти цели как истинные, как имеющие значение - короче говоря, всплывают все эти традиционные аргументы правых в стиле Ильина да в стиле кучи народа, утверждающие, что человек не может жить в ситуации релятивизма.
Все эти аргументы фуфло прежде всего потому, что все не так просто. Read more... )
Ктулху
Народ развлекается как может - каждый по-своему. Кто-то ищет Морозова на ММОКЯ. Кто-то радуется "цветам жизни". Кто-то хиппует. А кто-то (внимание, уберите от экранов людей и животных со слабой психикой!) вообще занимается "беспонтовым ебанизмом".
А я сижу как дурак и активно готовлюсь делаю вид, что готовлюсь к экзаменам. В общем-то профессионально пинаю балду.
Вчера, впрочем, я сдал философию биологии, попил пивка, поиграл с пацанами в футбол возле ДАСа, забрал у одного хорошего человека ТВ-тюнер и получил от него же в подарок пиздюль диск с французской инструментальной музыкой с забавной наклейкой "не для продажи на территории Москвы".
Так... это я к чему?
А! Я вообще-то хотел написать про то, что было бы, если бы я вдруг поверил в Бога. Давно у меня уже эти мысли вертелись. Т.е. я не верю и в ближайшее время не поверю, но если бы... Но для этого надо много чего писать, иначе непонятно и неинтересно будет.
Ну ладно, попробую. На один пост, конечно, не влезет... ну как получится.
Во-первых, я агностик. Read more... )
тень
Новое модное поветрие – аудионаркотики, т.е. треки, записанные таким образом, чтобы продуцировать в мозгу слушающего бинауральные ритмы. Я тоже поддался на это дело и несколько дней назад скачал с одного сайтика треки (там везде требуется присылать смс, но я, разумеется, этого делать не стал – долой загнивающий капитализм! – я полуркал по форумам и нашел код, подошедший к лежащим на Яндекс-народе архивам – кому нужно, скажу код, нет, если кому действительно нужно, хотя, как будет доказано дальше, это пустая трата времени, я лучше прямо треки перешлю, чем буду рыться в кэше, отыскивая, что же это был за сайт). Скачал и послушал.
Сразу скажу, никакие наркотики я никогда в жизни не употреблял. Даже траву не курил, да. Но начать прослушивание я решил с чего попроще – с трека под названием «оргазм» - а оргазм я, извиняюсь за подробности, испытывал, разумеется.
Основной принцип построения треков – даются фоном этакие вибрации-ритмы, которые мне, с моим извращенным воображением, напоминали работу какого-то станка. Их перестаешь замечать достаточно быстро, и в этот момент за ними (точнее, на их фоне) возникает что-то вроде мелодии, к ухватыванию которой ты начинаешь автоматически стремиться.
Я прослушал все 15 минут этой довольно монотонной дробилки и не то что оргазма, даже малейшего возбуждения не испытал. Было, конечно, хорошо, но ровно настолько хорошо, насколько это бывает, когда просто откидываешься на спинку кресла и расслабляешься, ни о чем особо не думая. Хотя был один странный момент…
Read more... )

Нужно коснуться земли

  • Jun. 7th, 2009 at 11:54 PM
тень
Бывает такое ощущение предела. Типа все, больше я не могу. Это состояние наступает совершенно неожиданно и всегда некстати. Бороться с ним практически невозможно. Есть точка зрения, что неодолимость этого «больше не могу» - характерная черта русского человека. Не знаю, вряд ли.
У Шукшина есть такой рассказ. Мужик, который сидел в колонии за что-то типа кражи мешка картошки, появляется в родной деревне. Говорит, что его отпустили досрочно за хорошее поведение. Все радуются, пьют и гуляют. Он обнимает своих родственников, друзей и все такое. Скоро приезжает милиция. Мужик, оказывается, сбежал. Причем досидеть ему оставалось какой-то смешной срок по сравнению с тем, что он уже отсидел. «Ты что, идиот! – орет на него мент, - тебе теперь за побег еще надбавят. Ты хотя бы спратялся бы нормально, а то сразу пришел в родную деревню, где тебя в первую очередь и стали искать». На что мужик отвечает в том смысле, что, мол, мочи нет, гражданин начальник, так хотелось воздухом свободы подышать. Вот и убег. Глотнул – а теперь хоть еще на 10 лет.
Суть в том, что побег был абсолютно нерациональным. Ему досидеть оставалось меньше, чем до деревни добираться. Но настал какой-то момент, когда он просто не мог больше выносить такого модуса своего существования. И убег нафиг.
У меня тоже бывают такие моменты. Когда хочется плюнуть на все и порвать со всем. Не просто там уехать отдохнуть, а именно сорвать важное мероприятие, демонстративно положить на все и радикально сменить положение в пространственно-временном континууме. Да, даже во временном. Чтобы время остановилось.
Но сейчас – не такая ситуация. Нет ощущения предела, есть просто знание, что дальнейшее существование в таком режиме, в каком существую я – это деградация. Очень спокойное, холодное, внешне-отстраненное знание – как знание о собственной болезни, не проявляющейся внешне, но носимой внутри. Я поставил себе диагноз. Если не принимать меры, то я буду дальше погружаться в пучину обывательского автоматизма, мучиться собственной бесплодностью и катиться по наклонной. В конце концов я, конечно, вылезу и преодолею – где наша не пропадала? – но эти рецидивы грозят, если их старательно перебаливать, а не лечить, полной интеллектуально-духовно-творческой и – жизненной что ли – импотенцией.
А что надо? Надо срочно сменить модус бытия, как я это называю.
Read more... )

Все невозможно

  • Jun. 6th, 2009 at 10:12 PM
тень

Тут недавно в рамках подготовки к экзамену по изф перечитывал Кьеркегора и меня стукнуло.

Стукнуло меня по поводу героя братьев Стругацких, Кьеркегор тут в принципе ни при чем. Но это не литературоведение, конечно. Это типа про то, как страшно жить.

Герой Стругацких стоит перед выбором, который и сам одновременно необходим и невозможен, и необходима и невозможна каждая из предлагаемых им альтернатив (вы не поверите – их две). Герой этот оказывается в ситуации, когда нужно нечто сделать – и одновременно ничего сделать нельзя.

Хреновая ситуация, таки да.

Грубо, в первом приближении – либо ты должен отказаться от великих свершений и стать обывателем, утратив себя, либо ты должен изменить нечто в составе бытия, сам из этого состава выпав, т.е. перестав существовать. Но это грубое определение – оно нужно, чтобы ввести в курс дела.

Изначально – это вопрос о возможности революции и построения коммунизма. Советское интеллигентское сознание представляет коммунизм как воплощение Царства Божьего на земле в натуре – как чудо, как нечто небывалое, как разрыв действительности. Как совершенство. Как Откровение. Но установить совершенство можно лишь будучи к нему причастным, революция должна уже быть совершена, чтобы она стала возможна. И она, естественно, должна быть возможна, чтобы она была совершена. А поскольку коммунизм, в отличие от Бога, по кривым ершалаимским улочкам обычно не шляется, имеет место проблема. Но это так, в сторону.

 

Многа серьезных букаф )

Симулякры

  • Jun. 2nd, 2009 at 10:54 PM
тень
Был сегодня на лекции Хеффе. К сожалению, недолго - по делам вынужден был уйти через час после начала. Отфрид Хеффе известен нам, главным образом потому, что мы по соцфилу его книжку о справедливости разбирали. Специалист по этике, крутой автрийский профессор.
Идеальный немец. Сухое жесткое лицо, широкий лоб, преувеличенно четкая речь, в которой чаще всего звучит яркое слово arbeiten. Респектабельность и аристократичность. Человек, который привык, что ему внимают в почтительном благоговении.
Говорил он, так же как и Марк Николс, тривиальные вещи, хотя, конечно, другого рода. Наверное, это "типичная риторика европейского профессора средней либеральности", если слегка подправить характеристику Ивангога касательно Николса. Пока я не ушел, он говорил в основном о том, что человек выступает в современном мире в трех ипостасях - экономической (здесь он должен arbeiten, и это хорошо, что бы там ни говорили всякие..., ибо дает независимость, рождает ответственность и самосознание), государственной (т.н. гражданское общество) и ипостаси гражданина мира, включенного в глобальное сообщество, флагманом которого выступает сеть Интернет. Дальше он распространялся о глобализации, в основном, кажется, выдавал всякие штампы, а потом началось что-то о справедливости, но я уже убежал.
Народ скучал. И я вот что подумал. Все эти публичные лекции в большинстве своем - мероприятия чисто статусные. Никто ничего нового на них не говорит, и никто ничего нового не ожидает на них услышать. Услышать на них хотят подтверждение текущего положения дел - что земля вертится, а мир стоит. Тот, кто читает лекцию, подтвержадет свой статус и свою репутацию исключительно фактом своего прочтения лекции, а тот, кто на нее приходит - что-то говорит только самим фактом своего прихода. Между приходом и уходом может происходить что угодно - разумеется, в рамках приличий. Реальная работа в такой ситуации невозможна, а вынесения каких-то мыслей такая система не предполагает - они могут, конечно, выноситься, но это будет побочный продукт, который никому особо не нужен.
По вечерам я смотрю сериал "Братья Карамазовы" по Первому. Плююсь, но смотрю. Вспоминаю прекрасный фильм Ивана Пырьева 1969 года. То был Достоевский. Это - школьное сочинение из сборника за 20 рублей. Read more... )

Политика обоснования

  • May. 28th, 2009 at 11:24 PM
Тема Лебедев

Существует три способа обоснования результатов собственной работы при их презентации. Речь не идет о самой работе – я думаю, она у всех либо одинакова, либо, скорее, бесконечно разнообразна. Речь идет о том, что ты приходишь к каким-нибудь чувакам и говоришь: «Я вот тут вчера ночью в сортире придумал какую-то фигню. Так вот…» И здесь надо, чтобы тебя пинками за дверь не вытолкали. Надо показать, что ты крутой. Не дурак, а умный. А умный – он хоть обычно и один, но за его плечами маячит танковая армия. И надо убедить собравшихся, что армия таки да, есть. Но вид этой армии может быть разный. Это может быть вообще все прогрессивное человечество с вилами. Или, наоборот, одна, но шустрая водородная бомба.

Этот способ обоснования отсылает к политической ориентации. Собственно, по-хорошему, способ обоснования собственного высказывания и должен служить сигналом ориентации (нет, не сексуальной) политика. В жизни, однако, требуется обычно мощная работа над высказываниями политика, чтобы понять, какой ориентации он придерживается, и в большинстве случаев в результате такой работы выясняется, что он вообще не политик, т.е. не претендует на обоснование. Впрочем, подспудно это обоснование всегда есть. Дело честного человека – его увидеть. И, если будешь говорить, показать свою ориентацию – если это, конечно, не совсем смертельно.

Так вот, первая ориентация – правая, она же фашистская. Эта апелляция к абсолютной истине, к некоторому бытийственному образованию, к которому исключительно говорящий имеет привилегированный доступ. Эта позиция пророка. Пророк вещает. Те, кто его не слушают – сами виноваты. ФошЫзм это потому, что такая позиция развязывает руки говорящему до бесконечности – ну и потому, что так и обосновывали свои действия реальные фашисты и те, кого называют в разной степени фашистами от философии – от Канта до Хайдеггера. При этом сам говорящий не претендует на абсолютную власть. Он лишь претендует на роль рупора Абсолюта – так что получается такой Абсолют, с которым не то что бесполезно спорить, но ему вообще никак нельзя противостоять.

 

Read more... )

Похороны

  • May. 28th, 2009 at 11:22 PM
тень

Похороны состоялись в понедельник 18 мая. Больница на Лосиноостровской, крематорий в Митино, квартира в Лианозово – каким-то душным чехлом растягивалось пространство, удивительно естественное в своем неестественном забвении смерти.

Кажется, основное чувство, которое испытывают близкие после смерти человека – вина. Не только за поступки и жесты, которых можно было бы избежать или которые не были осуществлены в свое время. Но вина за ту незавершенность жизни умершего, которая не позволяет принять смерть как стежок ткани продолжающейся жизни – вина за то, что мы живем, а он умер. Вина за невозможность продлить существование умершего – то, что иногда называют «продолжить его дело» - вина за то, что мы как бы инкорпорируем живое, превращая его в собственное представление – мы это делаем на протяжении всей жизни (иначе и невозможно), но при этом у нас всегда сохраняется иллюзия, что мы имеем дело с живым самим по себе, что мы всегда можем к нему выйти, что именно оно толкает нас на создание наших представлений о нем. Смерть лишает нас этой иллюзии, и мы испытываем вину за то, что «не ценили» - за то, что не делали усилий по выходу к живой личности другого, обходясь собственными представлениями о нем, за то, что никогда по сути и не жили с ним (я уж не говорю для него и ради него) – а теперь это непоправимо.

 

Read more... )

Смерть

  • May. 28th, 2009 at 11:05 PM
тень

Йа вернулсо.
Сразу скажу, удаление журнала не было связано ни с изложенными ниже событиями, ни с политическими причинами. Хотя первое, может быть, косвенно повлияло. Мне просто хахотелось как-то вырвать себя из социальности - в т.ч. из социальности виртуальной, причем не просто перестать писать, а сделать вид, как будто меня вообще не было. Я ж устаю от социальности, даже такой, мне иногда требуется передышка.
За время удаления осознал масштабы своей истинной популярности. Столько народу подходило и говорило, мол, нахуя, Валера? как жалко, восстанови. Вот, восстановил - я и сам так собирался сделать.
Друзья, спасибо, что читаете мой журнал, мне это очень приятно!
 

***

Теперь уже, когда время стерло актуальность происходившего и я вынырнул из захваченности теми чувствами, что были тогда, я могу писать об этом так, как пишут романы – отстраненно и эстетично. Красиво и свободно.

В пятницу 15 мая я шел по коридору 1 этажа старого гуманитарного корпуса МГУ. Вокруг клубились неизменно веселые мажористые студенты – эх, какой корпус сдали «классовым врагам»… Вдруг зазвонил мобильник.

Моя родная тетя Рая лежала в больнице на операции по катаракте. Операция прошла уже давно и успешно, теперь она просто отлеживалась – шло «послеоперационное восстановление». Все было хорошо. В четверг вечером мама звонила тете, и оказалось, что у нее немного прихватило сердце. Но вроде ничего серьезного. Утром в пятницу мама решила съездить навестить.

И вот она позвонила мне: «Дим… тетя Рая… умерла».

 

Read more... )
Тема Лебедев

Обстановка на кафедральной защите была такой нервной, боевой и как-то ошеломляющей – «ведь самый страшный час в бою – час ожидания атаки» (с), что, выйдя оттуда наконец, я почувствовал на редкость настоятельную потребность выпить. Желательно водки. Желательно много. Но было уже 10 часов вечера, сил не было уже ни на что, хотя нервное возбуждение, превратившее мое выступление в нечто, похожее на публичную лекцию Гиренка, еще как-то подпитывало. Мы разъехались по домам, и сегодня я приехал в универ только где-то в полпервого и пошел к Максу в общагу готовить его к зачету Дмитриева, который должен был начаться через час. Зачет мы, естественно, сдали с закрытыми глазами, а потом передо мной встала дилемма – ехать с этими товарисчами (Максом и Матвеем, Серега обиделся на весь свет и заперся в Жуковском) нажираться или пойти на заседание Литстудии, которые я старательно забивал весь семестр (после Открытого вечера). Я аж доехал до кафе под неформальным названием «У хача» и выпил кружечку пивка с креветками, когда чувство долга, осложненное ответственностью представительства за Настю Ч. на заседании Литстудии, ответственностью, возложенной на меня оной Настей, таки взяло верх – и я поехал в универ. Зря я это сделал, заявляю со всей ответственностью. Ох, зря.

В корпусе я наткнулся на Дмитриева, с которым протрепался минут 40, точнее, в основном выслушивал монолог о том, какой я умный (да, прерывать как-то не хотелось, было приятно). В общем, когда я позвонил Авелине (руководителю Литстудии), выяснилось, что она уже в кафе у метро Университет, ибо опять никто не пришел. Я добрался до оного кафе, где Авелина угостила меня за свой счет каким-то воздушным тортом и экзотическим кофе. Спасибо, конечно, но после литра пива с тарелкой креветок это, знаете ли …

В общем, было смешно. Меня обвинили в пропаганде алкоголизма (а ведь совершенное невинное стихотворение на тему in vino veritas, довольно возвышенное и красивое, почитала бы она творение современных поэтов) и (ну, это уже традиционно) в упадничестве, депрессивности и декадансе. Оказывается, Ассоциация выпускников философского факультета, которая спонсирует издание сборников нашей Литстудии, имеет сверхзадачу внедрения в молодежную среду светлых идеалов, позитивных ценностей и всякого прочего плана Путина здорового образа жизни. Да идите вы все на йух со своим пазитиффом!

Но веселое настроение меня не покидает. Музыка звучит в сглаженных под светом пасмурного неба плоскостях – и это очень простая, немудрящая музыка, но это музыка жизни – и жизнь музыкальности, оттого она обеспечивает то, что является, как ни крути, для меня главным – подлинность, уходящую корнями в глубину неизреченности и потому выражающуюся так просто, что ее нельзя не почувствовать, и так сложно, что ее невозможно понять.

Защита

  • May. 14th, 2009 at 12:25 AM
Тема Лебедев
И я пробовал петь, не различая нот,
Я брал аккорды на ощупь, а чаще - совсем не брал,
Но моя птица, мой свет и мой голос сказали: "Вперед!"
Мол: наплевать на условности, главное, чтобы не врал!
К. Арбенин

Это был пиздец. Простите меня, но по-другому не скажешь. Это был пиздец.

Заседание кафедры онтологии и теории познания, на котором защищались курсовые студентов 4 курса, проходило 12 мая с 18-30 до 22-00 (!). Нас (тех, кто сдал курсовые и пришел на защиту, а это были не все) разделили на две группы, соответственно разделив и преподов. Студенческая компания нашей группы была классная, почти чисто вахтовская – Саша Писарев, Ангелина, Макс, Серега. Ну и я, ага. 

 

Ктулху
Вчера дело было так. Я уже совсем собрался с утра идти в универ, но внезапно встретил одного чела, которого не видел уже лет сто. Выяснилось, что у нас кардинально различные образы жизни и взаимопонимание ускользает юркой ящеркой, не оставляя в руках даже хвостика. В общем, на сцену явился коктейль «Черный русский», который, как выяснилось слишком поздно, оказался просроченным. Только этим я могу объяснить то, что произошло дальше, впрочем, думаю, просроченного коктейля для такого недостаточно, разве что туда что-нибудь совсем уж колумбийское подмешивают.
Мы зашли в сортир в Макдональдсе – очень вовремя. Впрочем, некоторое приближение я почувствовал и немного поторопился. И вот в этом сортире меня и накрыло – на какое-то крошечное, как показалось, мгновение, но время я, естественно, не засекал. Субъективно это было одним коротким мигом, а что там на самом деле…
Это было что-то похожее на обморок, но без потери сознания. Я как будто бы утратил контроль над собственным телом и грузно осел на сиденье, простите, унитаза. Органы чувств работали по полной, я все воспринимал, но ничего не понимал – не интерпретировал, пространство распалось на не имеющие значения сгустки ощущений. И тело, как уже сказано, не подчинялось мне. В ушах стоял какой-то звон, показавшийся выражением мгновенно вспыхнувшей где-то внутри почти животной паники от собственной беспомощности (значит, что-то я все-таки осознавал). Но, как уже говорилось, это молниеносно нахлынуло и тут же схлынуло, как волна – и я обнаружил себя, всего покрытого липким холодным потом и жадно дышащего, как вытащенная из воды рыба, в кабинке макдональдсовского туалета.
Как до, так и после этого события, на протяжении всего дня чувствовал я себя просто прекрасно. Ничто, как говорится, не предвещало. И ничто не следовало. Пришло и ушло. Но добавило мне еще одно опасение. А ну как произойдет снова, да еще в людном месте?
Что было после? Read more... )

Фантастега

  • May. 8th, 2009 at 12:16 PM
тень
Когда мне окончательно надоест вся та ерунда, которой я тут занимаюсь, я уйду в фантастику.
Не в ту фантастику, которую любят простые программизированные ребята – типа Урсулы ле Гуин, Роджера Желязны и всяких там прочих марий семеновых. Не в ту, которая рассказывает сказки, уравненные в правах с реальностью в том смысле, что в отношении них невозможно сомнение – как в реальности реальности, так и в сказочности сказки. А в ту фантастику, что только и делает, что вызывает сомнения, и, что особенно важно – не разрешает их.
В ту фантастику, которая ведет тебя нитью по обыденной канве твоей жизни – ты идешь из универа какого-нибудь обыденного места, погруженный в свои мысли, проходишь мимо домов – один угол, другой, третий – и вот из-за четвертого угла выскакивает на тебя церберовидный пес – не говорите мне о прекрасных феях, это слишком пошло – или лучше, ничего особенного не происходит, просто ты спотыкаешься и поднимаешь глаза… Мир не есть нечто заданное и данное, даже феноменологическое безумие Вещей не имеет той абсолютной реальности, которая бы позволяла бравировать – мол, я имею, а вы нет. Мир – это нечто непредсказуемое, случайность, суперпозиция маловероятных событий – но могли ли быть невероятные события, если бы не было вероятных? Мир – это погружение из того, что есть, в то, чего не может быть, погружение медленное и осторожное, ведь единственным критерием реальности является очевидность, а очевидность – это последовательность, по какой бы логике она не совершалась. Ты спускаешься в метро, ты читаешь роман о том, как ты спускаешься в метро, ты чувствуешь себя героем этого романа – и если романные кабели межстанционного тоннеля обратятся в змей и обовьют затрепетавший вагон, то же случится и в реальности, ведь реальность текстуальна, и тот, кто пишет, тот ее не то чтобы творит, но перезапускает, плавно сменяя очевидности. Это дело философа, согласно, Делезу, и это мое дело – перезапускать, перезагружать реальность, сменять очевидности (и пусть сомнение возникает в момент смены), сталкивать с невозможным – а дальше пусть читатель (персонаж) выкручивается сам.

Перформатив

  • May. 6th, 2009 at 1:24 PM
тень
Сегодня ехал в метро и читал книгу о том, как мужик едет в метро и читает книгу.

Первомайское

  • May. 4th, 2009 at 1:09 AM
тень
"Труд был отчужден уже в Древней Греции, отчего появился гомосексуализм и философия. Кто мы, гомосексуалисты или философы?" - Коровин не сдавался. "Мы - философы! Мы - философы! Мы - философы!" - повторила клака. <...>
Тем временем Коровин снова бросился в отжыг: "И так мы, под мудрым руководством наших двух президентов Медведева и Путина, - вместе победим! И потом пойдем пить пиво!"


На политику мне в последнее время насрать с высочайшей колокольни, но чем хороши митинги - они действительно дают чувство общности. Общность, увы, это такая штука, самым эффективным средством создания которой является противополагание себя врагу. Точнее, не столько врагу, сколько другому. Другой для митингующих - это отнюдь не та кровавая гэбня, против которой направлены их лозунги. Это обычный обыватель, на митинг не пришедший. А вообще наша "несистемная" политическая тусовка существует и привлекает к себе людей по тем же принципам, что и тусовки классических неформалов - тех же ролевиков, не зря Кордонский-Коржавинов рассматривают их в одной плоскости. И один из основных импульсов этой тусовки - даже не "всеобщее братство", а посылка "мы - Иные", так греющая душу... И не говорите мне сейчас ничего, я в настоящий момент в час-то ночи чрезвычайно далек внутренне от любой общественной деятельности, так что с полной ясностью ощущаю себя иным - иным по отношению к тем, кто любой подобной деятельностью занимается.

Profile

тень
[info]dakarant
dakarant

Advertisement

Latest Month

July 2009
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by [info]chasethestars